Поездка в Камень-на-Оби
Здание краеведческого музея в Камне-на-Оби.
Вернувшись в Барнаул, я не стал в нём особо задерживаться, а, сдав рюкзак в камеру хранения, уехал вечером электричкой в Камень-на-Оби. Официально это было два пригородных поезда, стыкующихся по Среднесибирской, т.к. общая длина маршрута 218 км превышала разрешённые постановлением Минтранса 200 км для пригорода. Соответственно, и билетов продавали сразу два.
Вокзал Боровиха.
Служебное здание Боровиха.
Кстати, обратил внимание, что почему-то от барнаульского узла не пускают четырёхвагонные электрички даже на маловостребованных направлениях: составность всегда или 6, или 8 вагонов. В поезде на Камень-на-Оби было 6, но даже 4-х хватило бы с избытком. После отворота с Турксиба на Средсиб, т.е. сразу после станции Среднесибирская, не считая конечно остановки, много пассажиров вышло только на Сузуне и Ларичихе. Ну как много, примерно человек по 40-50 на каждой. Зато на о/п Новоосиновый теперь вообще никто не живёт. Причём, судя по спутниковым снимкам, последние дома разобрали совсем недавно, не больше двух лет назад. Полагаю, что в обозримом будущем остановку отменят.
Старичное болото на подъезде к р. Чумыш.
Высокий правый берег поймы р. Чумыш у с. Староперуново.
Модель трактора на обгонном пункте Воронежская-Молодёжная.
Воронежская-Молодёжная.
Ларичиха.
Болотистая местность.
Рямы.
Озерко в болотах.
Лес на о/п Нововоосиновый.
Р. Сузун.
Электромотриса на ст. Сузун.
Вокзал Сузун.
Убранное сено.
При подъезде к обгонному пункту Тараданово меня удивило наличие нестандартного пикета: 15, т.е. между столбами 636/637 и 637/638 было 1600 метров, а не 1000, как обычно. Понятно, когда осуществляли перетрассировку Транссиба в горных условиях, или в случае прокладки дороги в махровые года. Но Средсиб строился в 1960-е и проложен в равнинных условиях. Ситуацию помог разъяснить спутниковый снимок: изначально прямой участок дороги был подмыт излучиной Оби, сильно продвинувшейся в этом месте на север, пришлось делать обход, что и удлинило линию. Столбы же переставлять на всём её протяжении, конечно, не стали.
Спутниковый снимок окрестностей обгонного пункта Тараданово. Видна прямая просека старого варианта прохождения жележной дороги и современный северный обход подмытого участка.
Тараданово.
Водонапорная башня на о/п Родина.
Село Аллак.
Станция Плотинная, расположенная незадолго до моста через Обь, носит своё название, поскольку в этом месте планировалось строительство огромной Каменской ГЭС. Завезли первых строителей в новообразованный посёлок, но потом всё бросили. Хорошо это или плохо, вопрос спорный. Строительство ГЭС затопило бы огромные территории, включая часть Барнаула. Но при её отсутствии Новосибирская ГЭС не справляется с регулированием воды в паводки, что послужило причиной большого наводнения 2015 года.
Плотинная.
Пересыпанная протока р. Обь.
Мост через Обь.
Сразу после пересечения Оби железная дорога въезжает в город Камень-на-Оби по высокой насыпи. Увы, городскими видами полюбоваться возможности нет: железная дорога огородила пути на протяжении 3 км высоким забором. Понимаю, что безопасность важна, и препятствовать бегунам через пути необходимо, но почему забор нельзя сделать сетчатым?!
Сама станция Камень-на-Оби находится на западной окраине города, практически на выселках. При этом на протяжении 5 километров следования по городу у электрички почему-то не сделали ни одной остановки. Благо, к прибытию пригорода с Барнаула от вокзала отправляется сразу несколько маршрутов автобусов.
Паровоз-памятник Л-0154 на ст. Камень-на-Оби.
Вокзал Камень-на-Оби, вид с перрона.
Общее впечатление от Камня-на-Оби таково, что на ум сразу приходит анекдот: «Поймал мужик золотую рыбку. Ну, рыбка ему, естественно, и говорит:
– Мужик, отпустишь – любое желание исполню.
– Хочу, чтобы у меня все было! – Ляпнул мужик, поразмышляв перед этим.
– Хорошо, мужик, - отвечает золотая рыбка. – У тебя все было.»
Вот, вроде бы и депопуляция город коснулась не так сильно, и какие-то предприятия работают. И автобусы представлены ПАЗиками, а не шайтан-маршрутками. Но всё равно общее впечатление весьма депрессивное. А ведь в 1912 году тогда ещё село Камень занимало по оборотам торговли 4-е место в Томской губернии после Томска, Новониколаевска и Барнаула. В 1930 году по проекту и под руководством Ю. В. Кондратюка было построено уникальное сооружение «Мастодонт» — самое крупное деревянное зернохранилище в мире на 13 000 тонн. Данное сооружение было построено без единого гвоздя. В середине 1990-х годов «Мастодонт» получил серьёзные повреждения во время крупного пожара и впоследствии был разрушен.
Особенно тягостное впечатление оставил центр с кучей праздной молодёжи на центральной площади, выходящей к реке. Не улучшал впечатление и краеведческий музей (заглавный снимок), к боковой стене которого примыкал двор, где находилось единственное место ночёвки в городе, известное Букингу. Это было уже вишенкой на торте. Здание располагалось в грязном дворе автосервиса, причём на втором надстроенном этаже собственно автосервиса. Внутри, признаю, было вполне прилично, сам хозяин тоже жил на втором этаже, но вид наружу производил жуткое впечатление.
«Родина-Мать» над Обью.
Обь.
Вид из мини-гостиницы «Визит, как дома».
Слева — стена краеведческого музея, справа, на втором этаже — мини-гостиницы «Визит, как дома».
На следующее утро, 7 августа, я немного прогулялся по набережной Оби. А затем первым автобусным рейсом я вернулся на вокзал, облагороженная территория у которого была самой приятной частью города.
Утром по Оби стелился холодный туманчик.
Памятник Шукшину.
Памятник Пырьеву.
Набережная и Городской ПКиО с колесом обозрения.
Железнодорожный мост через Обь.
«Родина-Мать».
Вокзал Камень-на-Оби, вид с привокзальной площади.
Паровоз-памятник Л-0154 на ст. Камень-на-Оби.
Лавочки в небольшом привокзальном сквере.
За ночь электричка выстыла, открывать окна для фотографирования совсем не хотелось, но по счастью, почти всё я наснимал днём ранее. На обратном пути я заснял только пересечение р. Чумыш – все 4 снимка сделанных накануне были проблемными.
Р. Чумыш.
Интересно, что в этот раз, перед тем как объявить о закрытии дверей машинист с искренним беспокойством сообщал: «В дверях будьте очень осторожны».
